Антон Скобелев (kirtimlak) wrote,
Антон Скобелев
kirtimlak

Categories:
  • Location:
  • Music:

Книга Натаниэля - нашелнашелнашел!!!

страница издателей/авторов Книги:

http://polumrak.ru/glavy2.htm

многие, наверное, встречали в интернете отрывки из этой книги - даже
один отрывок С. присылал (про подаренный Господом Натаниэлю свитер), но я
нащел, где можно приобрести данную книгу или даже взяться за ее издание.

Есть мнение, что будет классно разослать эту информацию всем , кто может быть близок к издательской деятельности , вдруг возьмутся!

Я считаю, что она того стОит.

--
Корь Мизлз.



.......отрывки из Книги Натаниэля или Стань Творцом При Помощи Иллюстрированных Примеров Всего За Семь Дней :

Мне кажется, что в начале всё-таки было не Слово.
То есть в самом-то начале не было ничего. Совершенно буквально ничего не
было. Не полная пустота, а пустая пустота. Ничего не было именно потому,
что самого ничего тоже не было. Отсутствие отсутствия.
А потом кто-то, кого мы можем назвать Он, сказал Слово.
Во-первых, он хотел оскорбить того, кто наступил ему на ногу. Очень
легко наступить кому-то на ногу, когда нет ничего, тем более
Пространства и Времени.
Наступивший на ногу был Элохим, то есть Боги.
Не сколько-то Богов. Вообще-то на самом деле, один. Однако ничего не
было, и количество ненаблюдаемого Элохим было неопределено.
Его, количества, скорее всего, и не было. Поэтому Он и назывался Элохим.
Итак, Элохим наступил сам себе на ногу и произнёс Слово.
Обычно, чтобы оскорбить кого-то, надо назвать чего чем-то, чем он на
самом деле не является.
Элохим огляделся. Вокруг было ничто и Элохим.
"Ничтожество!" крикнул он, массируя ногу.
Нет, разумеется у него не было ног. Однако в ненаблюдаемой
всевероятности отсутствие или наличие ног равновероятно. Пока никто не
видел и не осознавал ничего, Элохим мог быть лишь духом, носящимся над
водой, а мог быть и слонихой в кружевном белье.

****

- Ну хорошо, - сказал Моисей, - я понял, что это чудо. Куст горит и не
сгорает. Допустим, что это чудо...
- Ну что это ещё может быть?.. - устало спросил куст.
- Оптическая иллюзия. - сказал Моисей, почёсываясь. - Галлюцинация. Тут
растут такие грибы...
- Ты их что, ел?.. - спросил куст.
- Нет вроде. А может, это значит только, что у меня две галлюцинации -
что куст горит и что я не ел грибы. А на самом деле куст не горит и
грибы я ел. Знаешь моего брата Арона?
- Конечно знаю! - закричал куст. - Я Господь твоего народа! Я вас,
козлов, всех знаю!
- Ну вот он разговаривает даже с едой, которую ест.
Куст промолчал. Он размышлял о том, как плохо быть растением и не иметь
крепких, сильных, подвижных конечностей, способных сжиматься в кулаки.

***
- Слушай, - сказал Иов, - иногда у меня создаётся впечатление, что Ты
антисемит.
- Ничего подобного, - сказал Господь, - я люблю евреев.
- Мда? - Иов поднял руку и начал загибать пальцы. - Я славил тебя?
- Славил, славил, - сказал Господь, - с утра до вечера славил.
- Благодарил? - проговорил Иов, загибая второй палец.
- Благодарил, благодарил. - сказал Господь.
- Потом на мой дом напали кочевники и угнали весь скот.
- Угу.
- Потом Ты разрушил мой дом и убил всех моих близких.
- Ну вообще-то это был не я, - сказал Господь, - вряд ли кто-то видел
Господа Твоего сносящим дома. Но в общем ты прав. Продолжай.
- Потом ты наслал на меня проказу.
- Ну да.
- А я тебя продолжал славить.
- Продолжал.
- Я не понимаю, - воскликнул Иов, встав и начав расхаживать из стороны в
сторону, - ну что, трудно было на скоте остановиться?
Господь потёр переносицу.
- Вот за что я тебя люблю, - сказал он, - так это за то, что ты
совершенно не понимаешь намёков.

***

- Ты ещё тут? - удивлённо спросил Господь Иону. - Четыре дня во чреве
кита и он тебя так и не переварил?
- Да. - кротко ответил Иона.
- Потрясающе! - воскликнул Господь. - Чего только не бывает. Настоящий
феномен. Интересно, как так вышло? Впрочем, вряд ли мы когда-нибудь
узнаем.


***

Ты что, издеваешься? - спросил Моисей, опираясь на посох.
Разверзшееся Чермное Море впереди шумело.
- Не понял? - озадаченно сказал Господь. - Что тебя не устраивает?
- Ты в канавку-то загляни, - сказал Моисей, тыкая пальцем в сторону
моря.
Между двумя стенами живой воды простиралась чёрная полоса блестящего под
вечерним солнцем ила.
- Ну и что тебя не устраивает? - произнёс Глас Божий.
- Аки посуху? - спросил Моисей. - Это что, аки посуху? Эта грязь метра
полтора в глубину!
С небес раздался оглушительный вздох.
- Ну хорошо, - возгласил Господь. - Но часа через полтора она просохнет,
правильно?
- Ну и держи тогда пока воду.
- А может, вы сделаете какие-нибудь такие штуки с прутьями, широкие,
чтобы не завязать?..
Моисей посмотрел на небо как на ребёнка.
- Занеси лучше ил песком. Быстрее высохнет.

***
- Так, давай ещё раз. - сказал Моисей, поднимая скрижали.
- Слушай, тебе не надоело? - спросил Господь, лениво потягиваясь.
- Это же Закон Для Моего Народа! Ну скажи, я что-нибудь забыл?
- Не знаю... Ты записал про день субботний?
- Записал. - сказал Моисей, сверяясь со скрижалями.
- Тогда всё.
- Тут ещё "не убий", "не укради", "не прелюбодействуй"...
- Это ты сам решай... Ты про фиолетовое исподнее записал?
- Мы от неё отказались.
- Ну ладно... А знаешь что...
- Не знаю!
Господь встал со скалы и прошёлся чуть-чуть, почёсывая живот.
- Запиши ещё так: "Молочные соусы не сочетаются с мясом диких животных".
Моисей опустил занесённое зубило.
- Опять?.. Мы же договорились, никаких кулинарных советов! Заветы, а не
советы!
Господь помрачнел.
- Ха! - сказал он мрачно. - Мы не едим свинину, мы не едим крольчатину,
мы презираем раков, мы отрицаем угря - и мы не даём кулинарных советов!
Пиши, Моисей, пиши!

***

Иегова с грустью смотрел, как огромная толпа евреев утаптывает мягкий
влажный ил дна Чёрмного Моря.
Ему было тяжело.
У Него было всего две страсти в этом мире - евреи и трилобиты.
И трилобиты были вымирающим видом. Особенно теперь, когда четыре из
последних пяти трилобитов, до сих пор кое-как чудом выживших в этом
тихом, спокойном, мелком море, были растоптаны копытами и раздавлены
колёсами Божьего Народа. Который вымирающим видом не был и быть не
собирался.
Это был тяжёлый выбор - евреи или трилобиты.
Как только все евреи покинули дно моря, Господь отыскал раздавленные
панцири и аккуратно, бережно сложив части, превратил их в камень.
Истинная красота должна быть вечной, считал он. Когда-нибудь кто-нибудь
оценит всю красоту и изящество замысла. Может быть, потом.
Он посмотрел на толпу евреев, ждущих с другой стороны Чёрмного Моря.
Четыре трилобита. Это нельзя оставить просто так. По десять лет за
каждого, вот что. Сорок лет. Следующие сорок лет у них не будет шанса
наступить на морское членистоногое. Разве что на тарантула или сольпугу
- этих у Господа был запас.
С египетской стороны донёсся тысячеголосый шум - армия фараона
преследовала евреев.
Господь хмыкнул. Он никогда не любил египтян. Тем более, что египтяне
пока не были вымирающим видом.
Египтяне были уже на середине Чёрмного Моря.
Господь сжал кулаки, услышав тихий хруст ещё одного панциря. Это уж
слишком. Пятый трилобит был растоптан и раздавлен.
Ну уж нет, решил Бог. Так не пойдет. Сперва евреи, теперь трилобиты. Нет
уж, что-нибудь одно.
Он быстро сомкнул воды над Армией Египетской, но это принесло лишь
секундное облегчение.
Господь погрузился в раздумья, придумывая наказание для Египта. У него
впереди была вечность. Вечность на Птолемеев, Клеопатру, падение,
разграбление и Коммунистическую Партию Республики Египет.

***
- Нет, - сказал Моисей, - там мы жить не будем. Там грязно. Моему народу
не нужна Земля Обетованная, залитая чёрным каменным маслом. Оно воняет
так что кружится голова.Оно негодно ни к чему. И это пожароопасно. Кто у
нас инспектор по пожарной безопасности?
Народ Израиля озадаченно молчал и переглядывался.
- Алёё, я спрашиваю, кто у нас инспектор по пожарной безопасности?
- Ты, о рави?.. - промолвил кто-то.
- "Орави, орави", - передразнил Моисей. - Инспектор по пожарной
безопасности наш есть Господь наш, что ведёт нас как столп дымный днём и
столп огненный ночью. И что будет, когда он пойдет по каменному маслу?
Вы об этом подумали?
Моисей сделал паузу.
- Его же в клочки разорвёт! На мелкие части! Ну и нас заодно. Нет,
никакого каменного масла. Идём дальше.

***

- Проклятье! - воскликнул Ной, окидывая взором безбрежные воды. - Где
этот чёртов голубь? Давно пора кормить удавов!

***

- Что, прямо над водой? - спросил Моисей, хихикая.
- Да, - сказал Господь угрюмо. - Прямо над водой.
- И Дух прямо так и носился? - спросил Моисей, расплываясь в широкой
улыбке.
- Да, носился. - сказал Господь без удовольствия.
- И Слово было?! - продолжал Моисей, не в силах больше сдерживаться.
- И Слово было.
Моисей минут пятнадцать хохотал, приседал, хлопал себя по коленкам,
успокаивался и начинал снова...
- Потрясающе. - сказал он, наконец, утирая слёзы. - Это всё надо
записать, я тебе говорю. Потрясная книга получится. На все времена. Люди
будут смеяться до изнеможения.
- Запиши... - буркнул Господь. - Только у меня одна просьба.
- Я весь внимание.
- Про кружева и хобот не надо, ладно? Если тебе не сложно...

***
Иудеи явно теснили иерихонцев.
- Разве ты не горд народом своим, когда видишь это поле брани? - спросил
Иисус Навин с сияющей улыбкой.
- Ну понимаешь... Я вообще не очень люблю драки. Неужто нельзя всё
решить переговорами? - сказал Господь.
- Разве это слова, достойные мужчины?! - удивился Иисус Навин. Его
нельзя было назвать "светлым". "Хитрым", "умным"... Но не "светлым".
- В том всё и дело, - сказал Господь, - понимаешь, дело в том, что когда
всё только начиналось, мужчины уходили далеко на весь день, в поле или
на охоту, а женщины оставались дома. Поэтому я решил, что мужчинам не
помешает уметь писать стоя... А потом оказалось, что это приспособление
влияет на мозги...

***

...Он слушал, как Слово затихает в отдаленьи... вернее, в неотдаленьи...
в общем, как затихает Слово.
Слово не затихало.
- Чёрт. - сказал Элохим.
- Я! - ответил Элохим.
- Я образно! - воскликнул Элохим.
- Всё равно я, - ответил Элохим, - что бы ты ни сказал, это буду я.
- Я вообще имел в виду - что, началось?...
- Сам прекрасно знаешь, - ответил Он себе, - понеслась по кочкам.
- Понеслась, понеслась.
Он вздохнул ещё раз и достал из-за спины большую Книгу в яркой обложке.
- Сложнее всего, - сказал Он Себе, раскрывая книгу, - будет сделать,
чтобы молоко убегало. И при этом всё на чистой термодинамике. Очень
сложно.
Он начал с самого Начала. Первые строчки гласили: "Итак, Вы решили
создать Вселенную".

***

Штой шмирно, - сказал Господь сквозь зажатые во рту булавки, - тут
шказано "рога", шначит "рога".
- Там много чего сказано. - сказал Натаниэль. - Ой!
- Ишвини. Ну шкажи, - Господь вытащил ещё одну булавку, - как люди
определят, что ты Князь Тьмы, Отец Зла и так далее, если у тебя не будет
рогов?
- Я им сам скажу, честное слово, - сказал Натаниэль, - а вообще там ещё
сказано, что рога - символ святости.
- Это где это?! - подозрительно спросил Господь, роняя булавки. - Это в
моей Книге? Ты читал мою Книгу?!
Натаниэль закатил глаза.
- Цитирую: "на, возьми, законспектируй, будешь помогать". Конец цитаты.
- Хм. Где здесь индекс.... - Господь задумчиво листал книгу... - Рога...
Ага... Пан... Пан - это Я, это Я точно знаю. Пан или пропал - это в
самом начале ещё было, до Слова, да. Я или Ничто.
- Ты не отвлекайся.
- Так... Пан... Моисей... Какой Моисей? У Моисея были рога?!
- Нет, - сказал Натаниэль, - он так причёсывался. А может и были, с его
причёской не разберешь.
- Ну ладно, - Господь почесал в затылке, - ага, вот они чего так вокруг
коров-то в Индии-то... И в Египте... Так это что ж?
- Что ж? - спросил Натаниэль, пытаясь оторвать полуприклееный рог.
- Не трогай. Это получается, что ты тоже будешь символизировать
святость? Какой же из тебя тогда Князь Мира Сего?..
- Рогатый! - сказал Натаниэль. - Слушай, а давай вообще без этого. Без
рогов, без чешуи, без копыт, а? Ну че за готика вообще? Терпеть не могу.
И верни мой свитер.


*******

Я, конечно, могу ещё раз объяснить. Но не буду. - сказал Натаниэль. -
Просто прими к сведению, что Он хотел, чтобы вы их ели, а говорил, чтобы
вы их не ели, чтобы потом вы Ему не говорили, что вы их ели по Его
приказу. Или что Он вам разрешал.
- Ничего не знаю, - сказал Адам, - он мне настойчиво несколько раз
подряд повторил, чтобы мы не трогали этих яблок.
- Я видел. - сказал Натаниэль. - Он специально тебя несколько раз
переспросил, подвёл к дереву, заставил запомнить - где оно, заставил
сорвать и понюхать яблоко, потом ещё восемь раз спросил, понял ли ты,
что нельзя рвать яблоки. Потом Он потерял терпение и велел мне заняться
этим.
- А чё он терпение-то потерял?! - удивился Адам. - Я ему отвечал "да,
понял, не дурак, да, с прошлого раза понял, да уже давно понял, можно не
повторять, да, яблоки, да, не есть, да, ртом не есть, да, понял, да, я
понял уже". Кто вообще терпение-то должен был потерять?
- Я. - сказал Натаниэль. - Причём уже давно. Вот не знаю как ты, -
сказал он, поворачиваясь к Еве, - а вот он точно по Его образу и
подобию.
- А почему их есть-то нельзя? - спросила Ева, загорающая на травке.
- Вот!! Вот этого вопроса Он ждал! Потому что это яблоки познания Добра
и Зла.
- Серьёзно? - спросила Ева. - И что?
- Ну если вы их съедите, - сказал Натаниэль, - вы познаете Добро и Зло.
И будете подобны Богу.
- Мне казалось, - сказала Ева, - что мы и так подобны Богу. В этом и
была суть, так сказать. По образу и подобию, ты же сам сказал. И что
вообще такое Добро и Зло?
- Съешь - узнаешь! - с надеждой сказал Натаниэль. Время поджимало. - Ну
послушайте, неужто вам не любопытно?
- Ну Он же не зря велел нам их не есть, - сказал Адам, - Он просто так
ничего не делает. Вот взять хотя бы ноздри. Казалось бы, они совершенно
случайно такого же размера, как пальцы...
- Прекрати, - сказал Натаниэль, - я понял. Конечно не просто так. Он вас
собирается выгнать из Рая.
- Фигасе! - сказал Адам. - И че, ты думаешь, я теперь эти яблоки буду
жрать?
- Поверь мне, - сказал Натаниэль проникновенно, - если Он захочет вас
отсюда выжить, он придумает способ. А так ещё напутствие на дорожку.
Термос, бутерброды.
- Так а что такое всё-таки эти твои Добро и Зло? - спросила Ева.
- Ну моё там только Зло, - сказал Натаниэль, - я заместитель по Злу. Но
это в целом приятные вещи. Понимание. Осмысление. Нагота.
- Нагота? - спросила Ева, осматривая себя. - А что не так с наготой?
- Ну вот сейчас ты нагая.
- Ну допустим, - согласилась Ева, - и что дальше?
- А так ты поймешь, что ты нагая. И тебе станет стыдно за твою наготу.
Ева подняла брови.
- И что это такое? Добро или Зло? - спросила она. - По-моему, это больше
похоже на Комплекс Неполноценности.
Натаниэль протянул ей яблоко.
- Ну давайте, не подставляйте меня, - сказал он жалобно, - ну
пожалуйста...

**************************


- Потрясающе. - сказал Господь, провожая взглядом Адама и Еву. - Не
думал, что ЭТО будет трудно. Вот что угодно думал, но что уговорить их
есть яблоки будет трудно - не думал.
- Не фовофи, - сказал Натаниэль с набитым ртом, - я пфямо ффпотел.
- А в Книге, между прочим, - сказал Господь, - сказано, что запретный
плод сладок. Надо было им просто сказать "съели по яблоку и пошли
прочь"...
- Фообще-то нет, - сказал Натаниэль, хрустя яблоком, - довольно кислый.
Как Ты умудрился запихать всё Добро и Зло в одно яблоко? Это ты заранее
как-то предусмотрел, да? Блин, какая гадость, аж скулы сводит. Типа, они
и так всё знали, но от яблока всё вспоминали?
- Да это обычные яблоки, - сказал Господь, - с первой попавшейся яблони.
Ты что? Кашляй, кашляй, задохнёшься! Дай я тебя по спине похлопаю...

***

Ах Гоморра-городок, беспокойная я, беспокойная я... - напевал слегка
Натаниэль, наливая себе кофе в кружку с большой надписью "Я тут № 2!!!".
Кружка ему не особо нравилась. Конечно, он всегда хотел, чтобы его
воспринимали, скажем, как № -1, но факт - он именно № 2. Куда больше его
раздражали три восклицательных знака.
- Эй, Нечистый, пойди сюда! - раздался Глас.
Натаниэль отставил кружку и подошёл к Господу.
- Ну, это самое. - сказал Господь, протягивая ему коробку. - Поздравляю
с пятитысячным годом безупречной службы, Враг Рода Человеческого.
- Новый свитер, здорово! - сказал Натаниэль, разрывая обёртку. - И на
нём написано "Будь я проклят, lol!", и всего с одним восклицательным
знаком.
- Это ещё не всё. - сказал Господь. - Вот сюда смотри.
Натаниэль присмотрелся.
- Немцы? Похожи на монахов. А что это за звезда на полу?
- Это сатанисты! - сказал Господь гордо.
- Кто?.. - переспросил Натаниэль тихо.
- Сатанисты. Сатанопоклонники. Все твои. Забирай. Они поклоняются тебе
так же, как остальные поклоняются мне. Ну, не совсем так же,
добровольно. Но тем не менее.
- Мне?..
- Да, да, тебе! - воскликнул Господь, сияя от радости. - И они тоже
читают "Отче наш", только задом наперёд, и приносят тебе жертвы, и
называют себя своим Господином, и вершат всякую ерунду во славу твою!
- И я тоже могу морочить их дурацкими требованиями, запутывать, сбивать
с толку и обещать, не давая ничего взамен? - спросил Натаниэль.
- Сколько угодно! - сказал Господь.
Натаниэль бросился ему на шею.
- Спасибо, Боже! Ты самый лучший Господь на свете!!!
- Да, да! - сказал Господь. - Погоди, что значит "тоже"?!..

***

***
- А знаешь - что? - сказал Господь.
- Что? - сказал Иоанн.
- Когда всё это наконец кончится, мы устроим что-нибудь грандиозное! -
воскликнул Господь.
- Что Ты имеешь в виду под "всё это"? - спросил Иоанн.
- Всё и имею в виду. Всю эту суматоху и шумиху, знаешь. Мир. Вселенную.
- А. - сказал Иоанн, не меняясь в лице.
- Знаешь, мы соберём всех-всех. Живых, мёртвых, евреев, невреев, даже
эскимосов. Всех. И там будет большой такой стол с закусками... Ты любишь
морепродукты? В общем, понадобится какой-нибудь большой зверь. Воот.
Выйдет из моря и мы его зажарим.
- Угу.
- И там будет саксофонист. Такой парень, знаешь, с трубой, самый лучший.
И он на ней будет играть, очень красиво. Мне всегда нравятся трубы. И
ещё будет фейрверк. Это я сам устрою. Знаешь, настоящий фейрверк.
Какая-нибудь звезда, они всё равно больше не понадобятся... И ещё, я уже
договорился, будет шоу. Знаешь, для маленьких. Тут такая группа есть,
четыре парня, они устраивают представление такое, и всё в седле. Детям
нравятся лошади, и знаю. И лошадям дети... И там будут укротители,
знаешь, со львами, и дети смогут погладить живого льва, и всякие другие
животные... А потом мы устроим вручение призов, знаешь, какие-нибудь
мелочи и медали, только их получат все-все-все, просто каждый! Я сам
буду судить и вручать! - сказал Бог.
- Вот оно что.
- Ладно, - сказал Господь, - что-то я разоткровенничался. Я надеюсь, ты
понимаешь, что это вечеринка-сюрприз.
- Я буду нем как рыба. - сказал Иоанн.
"Конечно он всё растреплет," думал Господь, удаляясь, "хорошо, что я не
рассказал ему про воздушные шарики, мороженое и так далее... И что все
дети смогут покататься на слоне..."

***

- Грехи? Какие грехи? - воскликнул Бог. - Первый раз слышу о каких-то
грехах!
Он вытащил изрядно потрёпанную книгу в жёлтой обложке. Книга была
озаглавлена большими буквами "Творение для чайников. Станьте Творцом
Всего За Семь Дней При Помощи Простых, Иллюстрированных Примеров!!!"
- Тут ничего не сказано о грехах! - воскликнул Он. - Никаких грехов!
- Ну не знаю, - сказал Авель, - ты же выгнал папу с мамой за яблоко. Они
совершили грех и ты их выгнал.
- Первый раз слышу, что это было "за яблоко". Кто тебе это сказал?
Авель кивнул в сторону Змия.
- Опять ты, Отец Лжи! - воскликнул Господь.
- Натаниель, если хочешь. - сказал Змий. - Для друзей я Натаниель.
Меньше офицоза.
- И что это за грехи? - спросил Господь.
- Ну грехи... В общем, ты говоришь людям - что им нельзя делать, я
подбиваю их делать это. После смерти мы все втроём собираемся и судим да
рядим, кто победил - ты или я. И так силы Добра и Зла сражаются за
каждого человека.
- Во-первых, что значит "каждого"? Ты представляешь, сколько их будет
через, скажем, семь тысяч лет?!
- Тем интереснее игра. - сказал Натаниель.
- Во-вторых, нельзя как-нибудь обойтись без меня? В конце концов, я не
Добро и не Зло. Я Всё.
- Ты упустишь возможность так хорошо развлечься?..
Господь задумался.
- Ерунда. Все знают, что нельзя делать то, что я приказал. То есть что я
приказал не делать. В общем, кто согласится тебя слушать?
- Да были тут двое... - сказал спокойно Змий. - Знаешь, одного звали
Адам... Второго Ева...
- Ну хорошо. Двоих ты выиграл. Но этот мой.
- Не думаю, - сказал Змий, - на нём грех его отцов, и он не искуплен.
- Ну у него только один отец, вообще-то. Если, конечно, ты не
постарался.
- И тем не менее. Он отправляется в Ад. Пока кто-то не искупит его грех.
- Эй! Ты, там! Не шути так!- воскликнул Авель, начиная нервничать.
- Погоди, это что, все дети будут виноваты в грехах родителей? Так не
пойдет.
- Ну его родители ослушались самого Тебя...
- Ты же сам сказал, что грех - это когда ослушаются Меня.
"Чёрт", подумал Натаниэл, "когда это мы подружились с логикой?"
- И потом, - продолжал Господь, - как я вообще когда-нибудь выиграю? Они
все будут их дети! Даже эксимосы! Так не пойдет.
Значит так. Никаких душ в Аду. Понятно? Ещё не хватало, держать там
живых... мёртвых людей. Где я буду хранит вилы, серпы, инструмент
всякий?.. В общем, ты меня понял.
Натаниэл промолчал. В его сознании всплыло слово "дезинформация".

***
— Кровопийцы! — воскликнула Вошь. — Уроды. Я вам этого никогда не прощу.
— Я тут причём?! — удивился Сатана. — Я тебя не придумывал.
— Нет, ну ты подумай, с самого начала всё так испохабить... —
сказала Вошь угрюмо.
Натаниэль развёл руками.
— Ну должен же кто-то этим заниматься. — сказал он. — Я, между
прочим, от своей конкретной эволюции тоже не в восторге. И ниша моя
могла бы быть попросторнее и посветлее...
— А если я летать хотела? — сказала Вошь. — Если я о небе мечтала?
Натаниэль хотел что-то сказать, но передумал.
— Я, конечно, понимаю, да, — сказала Вошь, — все профессии важны,
выбирай на вкус... Но это-то просто мерзко!
— Опять у тебя ко мне претензии! — сказал Натаниэль. — Я ещё раз
повторяю, я тут — ни при чём.
Вошь недовольно пожевала губы.
— Ну хорошо, — сказала она после паузы, — мне хотя бы положен
чёрный плащ?..
— Чё положено?! — поразился Натаниэль.
— Ну плащ. — сказала Вошь, пытаясь показать на себе. — С алой
подкладкой. И причёска такая высокая, с проседью...
— Нет. — сказал Натаниэль. — Это вряд ли.
— Ну ладно... — вздохнула Вошь. — Но знаешь ли, не об этом я
мечтала. Никогда не хотела таиться в темноте, хищно изогнув спину,
набрасываться на невинную жертву внезапно, терзать её и пить её горячую
кровь, мрачной тенью пугать из угла...
— Э-э. — сказал Натаниэль с удивлением. — По-моему это тоже немного
не твоё.
— А что тогда моё?! — воскликнула Вошь.
— Верхушка пищевой пирамиды. — сказал Натаниэль. — Человек ест
всех, а ты будешь есть человека.
Вошь ещё раз сделала паузу.
— Не из засады?.. — уточнила она.
— Нет.
— Тогда хорошо. — сказала Вошь. — Но я надеюсь, что ты передашь
Ему, что я чрезвычайно недовольна.
— Он просил передать тебе, что, хотя ты и чрезвычайно недовольна,
это не снимает с тебя обязанности исполнять свои обя... ну, в общем,
вести себя подобающе. У тебя есть миссия, ты должна её выполнять.
— У меня ещё и миссия есть?..
— Несомненно. Миссия. Стратегия. Это теперь у всех есть.
Представляешь, что будет, если ты будешь плохой Вшой? Люди скажут:
«Какая же это вошь? Где эпидемия брюшного тифа? Где эти маленькие
весёлые точки внизу живота?..» Люди очень не любят, когда что-то идёт не
так, как должно.
— Ладно, ладно... — сказала Вошь. — Но дружелюбности от меня могут
не ждать. Это всё слишком грустно, чтобы я ещё вела себя как дельфин.
Либо деловые отношения строго в рамках пищевой пирамиды и взаимного
регулирования популяций, либо нежная привязанность. Одно или второе.
Либо, либо.

***
— Проходи. — сказал Господь сурово. — Но помни. Тебе тут не рады.
— Почему?! — воскликнул поражённо Гудини.
— Ты Библию читал? — спросил Господь. — Там же сказано, что
противны маги и чародеи Господу.
— Противны?..
— Мерзки!..
— Но я ж не маг!.. — воскликнул Гудини.
Господь достал из-за спины афишу, развернул её, изучил...
— «Величайший маг современности Гудини.»— Он показал плакат душе. —
Ты?..
— Я... — сказал Гудини. — Но это же для рекламы! Это же просто
трюк!.. Я же фокусник!..
— Фокусники тоже имеются в виду. — сказал Господь ещё суровее. —
Реклама не оправдание. Если Сатана напишет на себе «Я спасаю», что же,
верить ему?..
Гудини закусил губу.
— Но я же просто занимался тем, что у меня получалось лучше всего!
— воскликнул он. — Мне говорили, что это Божий дар!..
— Ну и что?.. — спросил Господь. — А вот твоя тётя подарила тебе
фруктовый пирог на Рождество. Ты его съешь?.. Божий Дар не оправдание. У
Меня разнарядка. На одного пророка — один лжепророк. На одного
изобретателя — один фокусник...
Гудини подумал.
— Ну а что, мне теперь убираться в Ад?..
— Что вас всех так в Ад тянет!.. — воскликнул Господь. — Тебе же
сказано, проходи!..
— Но Ты же сказал, что Тебе...
— Ты поанализируй тут ещё, что Я сказал!.. — прикрикнул Господь. —
Сказано — проходи!.. Стой! Руки!..
Гудини показал руки.
— А почему Ты не любишь магов и чародеев?.. — спросил он.
Господь помолчал немного.
— Кролики. — сказал Он. — Они достают кроликов из шляпы. И ведь его
там не было, это всегда видно. Это неправильно. Кролики и так быстро
появляются. Где они были со своей шляпой? Я бы не возился...

***
— Опять Твое имя, между прочим. — пожаловался Сатана.
Господь что-то буркнул.
— Еще одного камнями забили, — сказал Сатана, — знаешь, Ты либо
заповеди меняй, либо ковер. Это Ты придумал белыми коврами все
застелить...
Господь посмотрел на него долгим тяжелым взглядом.
— Я все равно не понимаю, что такого в Твоем имени?.. — спросил
Сатана.
— Ну, — Господь вздохнул и пожал плечами, — они считают, что оно
имеет большую силу. Дает им власть.
— Над кем?..
— Над порождениями зла, например.
— Над порождениями кого?.. — удивился Сатана.
— Над тобой. — Господь показал пальцем.
— Надо мной?..
— Над тобой. Они утверждают, что имя Мое заставляет тебя корчиться
с пеной у рта.
— А заставляет?.. — поинтересовался Натаниэль.
Господь пожал плечами.
— Ну про пену-то они сами не могли придумать! — воскликнул Сатана.
Господь снова пожал плечами.
— Тот паршивец, между прочим, утверждает, что он его не знает. —
заметил Натаниэль. — Выходит, его на всякий случай забили.
— Выходит так. — согласился Господь.
— Хочется верить, — сказал Сатана со вздохом, — что они это сделали
из чувства такта. По отношению ко мне.
— И как, получается? — поинтересовался Бог.
— Не получается, — признался Сатана, — но все равно очень хочется.
Они немного помолчали.
— Я ведь тоже. — сказал Натаниэль наконец.
— Что ты тоже?.. — не понял Господь.
— Столько лет с Тобой работаю, а имени Твоего не знаю.
— А тебе и незачем, — заметил Господь хмуро.
— Да ладно!..
Господь фыркнул.
— Да че Ты жмешься-то! Тоже мне!..
Господь нахмурился.
— Ладно, — сказал Он после короткой паузы, — но ты сам просил.
Он взял чистый лист из стопки и начал писать. Сатана изогнул шею,
чтобы подглядеть, но Господь заслонил лист локтем. Закончив, Он сложил
лист вчетверо и положил его перед Натаниэлем. Тот потянулся к листу, но
Господь удержал его руку.
— Только это первый и последний раз, — предупредил Он, — Я это
делаю по твоей просьбе и только поэтому. Это была твоя идея.
— Хорошо, хорошо! — воскликнул Натаниэль сдавленно. — Руку отпусти,
вывернешь же сейчас!..
— Извини.
Сатана опасливо схватил лист и, бросив осторожный взгляд на
Господа, принялся читать.
Читал он долго и, пока он читал, его лицо ничего не выражало.
Закончив, он аккуратно сложил лист, положил его обратно на стол и
аккуратно, одни пальцем пододвинул к Господу.
— Неудивительно, — сказал он ровным голосом, — что они за это
камнями мффхп.
Господь вздохнул.
— И как Тебя угоразд. Угоразд. — сказал Натаниэль спокойно.
— Ило. — закончил Господь печально.
— Да. — сказал Натаниэль и прикусил нижную губу.
Господь вздохнул еще раз.
— Ну Я был зол. — сказал Он. — Очень зол. И Мы только начинали. В
общем-то, тогда это еще казалось смешным... Эй!..
Он с тревогой нахмурился.
Натаниэль часто моргал одним глазом и слегка постукивал каблуком по
ножке стула.
— Так вот... Эй, ты в порядке?..
Сатана — чье лицо нежно меняло окраску и слегка подергивалось в
паре участков — с трудом кивнул и издал сдавленный писк.
— Ты же синий весь!... — испугался Господь.
Натаниэль вцепился в край стола и, закатив глаза, начал
раскачиваться из стороны в сторону. Лицо его действительно стало
лиловым.
— А, какого черта. У тебя и так мало радостей в жизни... — сказал
Господь с жалостью. — Валяй...
Сатана кулем свалился на пол и, издав яростный высокий вопль,
забился в корчах.
— Бог... Ты... Мой!.. — вопил он. — И... Как... А... Я... Не могу
больше!... Бог... Ты...
Господь снова вздохнул.
— Дышать не забывай. — посоветовал Он.
Сатана зашелся в приступе булькающего хохота.
— Пены-то нет... — сказал Господь задумчиво. — Неужто правда сами
придумали...
Tags: story, рассказы, религия, творчество
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments